Мартирос Сарьян: жизнь и творчество художника

Мартирос Сарьян (1880 — 1972) — армянский и советский живописец-пейзажист, график и театральный художник.

Содержание

Биография Мартироса Сарьяна

Творчество Сарьяна

Работы художника

Картины Мартироса Сарьяна

Библиография

Биография Мартироса Сарьяна

Мартирос Сарьян родился 16 (28) февраля 1880 года в патриархальной армянской семье в городе Нахичевань-на-Дону («Новый Нахичевань», ныне в пределах Ростова-на-Дону).

На хуторе, расположенном в сорока километрах от Нахичевани, принадлежащем отцу М. Сарьяна, прошли детские и юношеские годы художника. Об этих годах Мартирос Сергеевич всегда вспоминал с любовью:

«Маленький хуторочек, в котором жил мой отец со своей многочисленной семьёй, находился в пятидесяти верстах на северо‐запад от Ростова. В этом хуторочке, заброшенном в степи, я провёл свои золотые детские годы. Эти условия жизни давали мне возможность наблюдать природу, животных и трудовой крестьянский люд».

В  других своих воспоминаниях — «Мой путь», написанных несколько ранее (в 1933 г.), Сарьян говорит:

«Мне приходится вернуться к моему детству, к моим детским впечат-лениям, глубоко засевшим во мне и доныне. Я не буду перечислять всего, что так запало мне в душу и запечатлелось во мне, многое я уже забыл, но должен напомнить об одном очень важном обстоятельстве, каковым является для меня сама природа. Величественное небо и широкая степь, с буграми и “миражными курганами” на далёком горизонте, давали возможность наблюдать за всеми явлениями природы, связанными не только со временами года, но также утра, вечера, дня и ночи. Детское восприятие всего этого не-описуемо грандиозно и фантастично. По оврагам с зелёными лугами, раздвинутыми к буграм, протекали речки, обросшие стройным густым камышом, а по буграм коврообразно раскинулись хлебные поля. Наконец, трудовой крестьянин с загорелым от солнца и воздуха лицом, с растрескавшейся мозолистой кожей на руках и ногах, вымазанных дёгтем, запах которого так приятно щекотал наши ноздри. Высокие травы с бесконечным количеством цветов, с реющими над ними миллионами многоцветных бабочек и снующих под ногами или греющихся на солнце ящериц. Яркое солнце, до изнурения жаркие дни, с целым роем кровожадных насекомых, иногда об-ращавших в бешеное бегство целые стада рогатого скота и сбивавших в кучи стада овец; мохнатые овчарки зарывались в ямы, чтобы скрыться от зноя и назойливых мух. Мы же, маленькие дети, изнемогающие от жары, тайком ползком залезали в запрещённые баштаны, чтобы утолить свою жажду сочными дынями и арбузами. Всё это было пред-ме‐ том моих детских увлечений. Вот откуда я попал в город восьмилетним мальчиком».

Эти детские впечатления зародили в художнике любовь к природе и во многом определили в последующие годы его интерес к пейзажной тематике.

В 1895 году закончил городское училище. С 1897 по 1904 годы учился в Московском училище живописи, ваяния и зодчества, в том числе в мастерских В. А. Серова и К. А. Коровина.

Учителями Сарьяна в Училище были К. Горский, А. Корин, В. Бакшеев, С. Милорадович, Н. Касаткин, Л. Пастернак, А. Архипов. Некоторое время Сарьян работал в мастер-ских А. Степанова и А. Васнецова. Последний заменил умершего И. Левитана, у которого Сарьяну пришлось работать очень недолго.

За время пребывания в Училище Сарьян получил необходимые навыки. Об этом можно судить по его произведениям ученических лет. «Портрет матери», «Портрет дяди», этюд коровы — это грамотно написанные работы, но индивидуальности худож-ника в них пока нет.

Занятия в 1903 – 1904 годах в мастерской В. Серова и К. Коровина имели большое значение для формирования художника. Сарьян, как и остальные его товарищи по Училищу, особенно высоко ценил Серова. По словам К. Юона, который окончил Училище в 1898 году, Серов был «примиряющей и претворяющей противоречия времени фигурой, той художественной совестью, без которой трудно было работать».

Интересно высказывание о Серове самого Сарьяна:

«В школе я не увлекался работами своих преподавателей, но мы, ученики, — пишет художник, — многим обязаны нашему блестящему учителю Валентину Александровичу Серову, который своими постоянны ми наблюдениями за нами и острыми замечаниями всегда поддерживал в нас напряжённый интерес в работе».

Окончив Училище в 1903 году, Сарьян не захотел писать картину на диплом, удовлетворившись получением звания «неклассного художника» и, как уже говорилось, пробыл ещё полтора года в мастерской Серова и Коровина.

В 1901—1904 годах предпринял поездку на историческую родину, посетив Лори, Ширак, Эчмиадзин, Ахпат, Санаин, Ереван и Севан.

Художника пленили здесь не только природа, южное солнце и зной, но и тот новый, своеобразный мир, в котором ему открылись иная жизнь, иной быт, иные люди и даже
иные животные. Это было так не похоже на всё то, что он видел в Москве. В нём пробуждались затуманенные впечатления детских лет — его жизнь на хуторе отца.

«Острота нового восприятия, — пишет Сарьян, — как бы совпадала с моим детским миром, с моим временно уснувшим прошлым миром детства».

Впечатления, хотя и очень сильные, были так новы, что найти сразу отражение в исполненных здесь, в Армении, работах не могли, но они зародили в художнике какие‐то
ещё неясные, смутные представления о совершенно новых формах изображения природы.

С 1910 по 1913 годы совершил ряд поездок в Турцию, Египет и Иран. В 1915 году Сарьян приезжает в Эчмиадзин, чтобы помогать беженцам из Турецкой Армении. В 1916 году приезжает в Тифлис и женится на Лусик Агаян, дочери армянского писателя Г. Агаяна.

После Октябрьской революции 1917 года Сарьян приезжает с семьёй в Россию. В 1918—1919 годах М. Сарьян живёт с семьёй в Новой Нахичевани.

В 1926—1928 годах художник живёт и работает в Париже.

Мартирос Сарьян скончался 5 мая 1972 в Ереване. Похоронен в пантеоне парка им. Комитаса.

Творчество Сарьяна

Творчество Сарьяна сыграло ведущую роль в становлении национальной школы армянской советской живописи.

В 1900-х годах участвовал в выставках художественных объединений «Голубая роза», «Союз русских художников», «Мир искусства», «Четыре искусства». Сильное влияние на стиль Сарьяна оказала живопись П. Гогена и А. Матисса.

Тогда же Сарьян участвует в организации Общества армянских художников и «Союза армянских художников». В том же году он оформляет изданную В. Брюсовым «Антологию армянской поэзии».

Художник становится инициатором создания и первым директором Армянского краеведческого музея в Ростове-на-Дону. Сотрудничает с театром «Театральная мастерская».

В 1921 году по приглашению председателя Совета народных комиссаров Армении А. Мясникяна переезжает на жительство в Армению. С этих пор он посвящает жизнь изображению её природы. В числе его работ в эти годы — создание герба Советской Армении и оформление занавеса первого армянского государственного театра.

В пейзажах‐картинах Сарьяна 20‐х годов, показывающих широту и грандиозность раскрывающихся панорам, есть много верно подмеченных и метко переданных черт природы Армении. В том, как схватывает художник структуру пейзажа, как пишет горы, возвышенности, поля, круто обрывающиеся ущелья, иногда одиноко стоящее дерево и падающую от него резкую тень и другие детали, есть большая убедительность. Одна-ко считать эти синтетические пейзажи всецело списанными с натуры нельзя. Уже самая задача синтеза, сводящаяся к тому, чтобы передать на одном холсте пейзаж Армении в целом — его низменные, возвышенные и горные места, его долины, ущелья, реки и пр., — требует условного композиционного построения. То же самое приходится сказать и о цветовом решении. Отбрасывая все разнообразнейшие цветовые нюансы, имеющиеся в природе, и сводя краски армянского пейзажа к нескольким контрастным сочетаниям жёлтого, розового, синего, голубого, художник допускает и здесь известную условность.

Но эти моменты условности не умалили, а усилили эмоциональное звучание пейзажей, подчеркнули остроту, новизну сарьяновского восприятия Армении. Всё это дало основа-ние А. В. Луначарскому писать:

«Когда я побывал в Армении, почувствовал, что Сарьян реалист в гораз до большей мере, чем я предполагал. Едучи долгими часами по каменной Армении, среди разноцветных причудливых гор, под постоянно величественным белым благословением патриарха Арарата, и видя, как светит здесь солнце, какие рождает оно тени, как растут здесь деревья, движутся или покоятся животные или люди — я увидел перед собой сарьяновские картины в живой действительности… свои привлекательные построения он делает на живом материале “живой” Армении».

Сарьян не ограничивается одними синтетическими пейзажами. Помимо пейзажей-картин, хотя и в ограниченном количестве, Сарьян пишет небольшие пейзажи с натуры. Последние довольно различны. Наряду с пейзажами этюдного характера есть и совер-шенно законченные, являющиеся, по существу, небольшими по размерам картинами. Из
них отметим такой шедевр художника, как «Арагац летом» (1922). На небольшом куске холста с поразительным мастерством переданы далеко уходящие вглубь, подымающи-еся по склону горы, поля, задний план замыкается величественной, местами покрытой снегом горой. Удивительно верно передан в пейзаже его золотисто‐охристый цвет. Этот пейзажэтюд позднее был использован художником при написании картины «Арагац» (1925), но в последней уже нет той непосредственности и свежести.

В  творчестве Сарьяна первой половины 20‐х годов заметное место занимает пор-трет. Большинство портретов графические, но есть и несколько живописных. Среди последних  следует прежде всего выделить портрет поэта Егише Чаренца (1923). Это один из удачных психологических портретов Сарьяна. В нём поэт предстаёт таким, каким мы, современники, его знали. Особенно выразительны глаза, метко схваченный, исподло-бья устремлённый, как бы недоверчивый взгляд. Выбрав удлинённый формат полотна, художник ограничился изображением головы портретируемого. Сдвинув её несколько вправо от центра, слева он противопоставляет ей красно‐коричневую египетскую маску.

Разителен контраст маски и живого лица. В портрете Чаренца сказалось и увлечение ху-дожника декоративноживописными задачами, но это не снижает выразительности соз-данного художником образа. Серия графических портретов Сарьяна этого времени исполнена преимущественно карандашом. В работах художника дореволюционных лет графика занимала ограничен-ное место, обычно он пользовался карандашом для небольших зарисовок подсобного характера. Как на исключение можно указать лишь портрет Александра Мясникяна.

Карандашные портреты Сарьяна, исполненные в первые советские годы, — это уже не беглые наброски, а вполне законченные работы. В 1923 – 1925 годах художник испол-няет около двадцати графических портретов выдающихся общественных деятелей Ар-мении. Тут и портреты руководителей Коммунистической партии Армении — А. Мра-вяна, А.  Иоаннисяна, А. Кариняна, А. Ерзинкяна — и ряд портретов артистов, писателей, музыкантов — А. Восканяна, А. Акопяна, В. Папазяна, М. Манвеляна, Д. Демирчяна, Р. Меликяна и других. Они исполнены примерно на одинаково высоком уровне, трудно среди них выделить наиболее удавшиеся.

Графические работы художника можно разделить на две группы. К первой относятся портретные рисунки и зарисовки с натуры, ко второй — книжные иллюстрации.

Большая часть его работ, выставленных в 1928 году в парижской галерее Жерар, сгорела во время пожара на корабле при возвращении на родину.

В 1930-х главной темой Сарьяна остаётся природа Армении.

Живя вдали от родины, Сарьян продолжает находиться под впечатлением природы Армении и Закавказья. Исполненные в Париже армянские пейзажи, в отличие от  монументальных работ 1923 – 1924 годов, имеют камерный характер как по своему содержа-нию, так и по размерам. Это или городские и деревенские пейзажи с узкими улицами, кубическими домиками с плоскими крышами, оживлённые редкими деревьями, живот-ными, одинокими фигурами людей, или склоны гор с пасущимися овцами, долины, замыкаемые цепью гор с выступающими местами тополями, бегущими ланями и т. п. Как и в прошлом, в годы путешествий на Восток, в них фантастическое, созданное воображе-нием художника, сочетается с меткостью реальных наблюдений. Эти новые армянские пейзажи менее декоративны, местами художник пользуется импрессионистическими приёмами мелких мазков. Но лаконизм, резкие контрасты светотени связывают их со старыми работами.

Примерно то же самое можно сказать и о натюрмортах, в них помимо декоративных задач художник стремился к пластической характеристике предметов.

Природа Франции и сам Париж не привлекали Сарьяна‐художника. За время пребы-вания в Париже им было написано лишь четыре пейзажных этюда. Три из них — берега Марны в окрестностях города — малопримечательны в живописном отношении, инте-реснее четвёртый — Сена в окрестностях Парижа — вид из окна парижской мастерской художника, написанный вскоре по приезде, — выполнен ещё в декоративно‐плоскост-ных приёмах. Сарьян совершил поездку в Шамони, но природа французской Швейцарии не заинтересовала художника, он ограничился всего несколькими карандашными зарисовками.

Художник также пишет многочисленные портреты («Р. Н. Симонов»; «А. Исаакян»; «Автопортрет с палитрой») и яркие натюрморты («Осенний натюрморт»).

Сарьян работал также как книжный график («Армянские народные сказки», 1930, 1933, 1937) и как театральный художник (декорации и костюмы к опере «Алмаст» А. Спендиарова в Театре оперы и балета им. Спендиарова, 1938—1939, Ереван; «Храбрый Назар» А. Степаняна, «Давид бек» Тиграняна, «Филумена Мартурано» Э. Де Филиппо и др.).

Работы, исполненные Сарьяном по возвращении в Ереван из Парижа, свидетельству-ют о совершившемся в искусстве художника переломе, который, впрочем, наметился ещё до поездки. Перелом сказался во всех областях творчества, но наиболее нагляден он в пейзажах. Работа с натуры в области станкового пейзажа стала с этого времени не толь-ко основным, но и единственным методом художника. Огромно количество армянских пейзажей, написанных Сарьяном. Поражает разнообразие аспектов изображения. Один
и тот же мотив, например вид на Арарат из Еревана или окрестностей города, предстаёт каждый раз по‐новому, в зависимости от условий освещения, состояния атмосферы. В
каждом пейзаже Сарьяна заложены определённое чувство, мысль.

О том, как значителен был происшедший в Сарьяне перелом, можно судить по первым же пейзажам, написанным весной и летом 1928 – 1929 годов, — «Уголок старого Еревана», «Цветущие абрикосовые деревья» и др. В отличие от прежних декоративных приёмов (сочетания контрастных красочных плоскостей) художник пользуется теперь методом дивизионизма. Но и в этих наиболее импрессионистических своих пейзажах Сарьян заметно отличается от французских художников, так как природа предстаёт у него не в своей мгновенной случайности, что составляет одно из основных положений импрессионизма, а в состоянии, наиболее типичном для неё.

Из работ, исполненных Сарьяном за последние годы, следует отметить два пейзажа «Армения» (один 1957 г., другой 1959 г.). Их объединяет не только общность наименования. После длительного перерыва художник вновь обращается к задачам, которые стави-лись им в первые годы по переезде в Советскую Армению. В обоих пейзажах, а особенно в «Армении» 1957 года, художник прибегает к обобщённым декоративным решениям — большие пространства покрыты одним цветом, без оттенков, с контрастными сопо-ставлениями розового, оранжевого, зелёного, синего. Если не считать панно «Армян-ский танец» для зала Союза композиторов Армении (1959), Сарьян больше не пишет таких пейзажей — они явились лишь эпизодом и не свидетельствовали об изменении направленности искусства художника. В цветовом решении пейзажей «Армения» 1957 г. и 1959 г. много различного.

Армения Х., м. 132 168 Одесса 1957

Следующий, 1959 год, как и предыдущий, был также весьма продуктивен, но в работах этого года преобладают пейзажи. В отличие от бюраканских пейзажей предыдущих двух
лет, изображающих араратскую долину с горных высот, в утренние, вечерние и отчасти дневные часы, пейзажи Сарьяна 1959 года более разнообразны. Как и в прежние годы,
художник совершает летом и в начале осени поездки по различным районам страны, на-ходя новые аспекты в изображении знакомых по прежним пейзажам мест: «Сквозь мглу
долины Масис», «Сумрачный день», «Конец сентября», «К концу лета», «Начало октября» и другие. Меньше художником исполнено в 1959 году портретов. Лучший из них — пи-сателя И. Эренбурга. Сарьяну давно хотелось написать Эренбурга. Такая возможность представилась в связи с приездом писателя в Ереван. Как во всех своих лучших пор-третах, так и в этом художник с исключительным сходством запечатлел физический и духовный облик писателя.

Работы художника

  • «Улица. Полдень», 1911
  • «Константинопольские собаки», 1911
  • «Натюрморт. Виноград», 1911
  • «Армянка с сазом» 1915
  • В армянской деревне, 1901
  • «Сказки и сны», цикл акварелей, 1903—1908
  • «Сказка», 1904
  • «Король с дочерью», 1904
  • «У подножия Арарата», 1904
  • «У родника», 1904
  • «Чары Солнца», 1905
  • «В ущелье Ахуряна», 1905
  • «Комета», 1907
  • «Вечер в горах», 1907
  • «В тени», 1908
  • «У колодца», 1908
  • «Гиены», 1909
  • «Автопортрет», темпера, 1909
  • «Фруктовая лавочка», 1910
  • «Финиковая пальма», темпера, 1911
  • «Утро. Зелёные горы», 1912
  • «Цветы Калаки», 1914
  • «Портрет поэта Цатуряна», 1915

Библиография

  • Волошин М. А. Сарьян // Аполлон. — 1913.
  • Михайлов А. И. Мартирос Сергеевич Сарьян. — М., 1958.
  • Дрампян Р. Сарьян. — М., 1964.
  • Зурабян Т. С. Краски разных времен. — Советская Россия, 1970.

При написании этой статьи были использованы материалы таких сайтов: ru.wikipedia.org

Если вы нашли неточности или желаете дополнить эту статью, присылайте нам информацию на электронный адрес admin@allpainters.ru, мы и наши читатели будем вам очень благодарны.


Творчество. Свобода. Живопись.

Allpainters.ru создан людьми, искренне увлеченными миром творчества. Присоединяйтесь к нам!

Мы вконтакте

Присоединяйтесь к нам Вконтакте

Мы в Google +

Присоединяйтесь к нам в Google +

Мы на facebook

Присоединяйтесь к нам на facebook

© Allpainters.ru, 2010-2015

Сайт посвященный изобразительному искусству и живописи.
Перепечатка материалов только после размещения прямой обратной ссылки. Ознакомьтесь с правилами сайта.
Следуй за нами: